Родионов Александр Сергеевич слышит и фиксирует то, от чего академическая драматургия обычно отмахивается: заминки, обрывки фраз, неловкие паузы и мучительное косноязычие, за которым на самом деле прячется самое уязвимое и подлинное в человеке. Именно он вернул на отечественный экран живую, неотлакированную русскую речь.
Драматург, сценарист, одна из ключевых фигур движения "нового реализма" и один из основателей "Театра.doc", перевернувшего представление о документальном театре и вербатиме. Кинематограф нулевых и десятых во многом заговорил языком Родионова: его сценарии определили интонацию фильмов Бориса Хлебникова ("Свободное плавание", "Сумасшедшая помощь", "Долгая счастливая жизнь") и Николая Хомерики ("Сказка про темноту", "Сердца бумеранг", "Море волнуется раз"). Он же написал пронзительные картины Валерии Гай Германики ("Все умрут, а я останусь", "Да и да") и фильм Резо Гигинеишвили "Пациент № 1".
Родионов не сочиняет искусственные конструкции — он разглядывает человека в упор, находя поэзию и трагизм в растерянности перед миром.